June 4th, 2021

normal

"Трудно быть богом"

Очень люблю эту повесть. Такой, какая она есть, «шестидесятнической». Где одновременно и вера в то, что на Земле восторжествует настоящий коммунизм, и хорошо заметные параллели средневекового мракобесия и недавнего (на тот момент) прошлого страны, которая в недалёком будущем этот коммунизм обязательно построит. (Конечно, в первую очередь должна напрашиваться аналогия с фашистской Германией, но дон Рэба, например, отношения к ней не имеет, но мы-то знаем, на кого намекали авторы).

Немного наивной мне кажется дискуссия о «базисной теории феодализма», которые ведут «сотрудники института», но это, пожалуй, единственное, от чего я всегда мысленно пожимаю плечами, когда перечитываю повесть. Ну и, когда Арата говорит Антону-Румате, что, может, не следовало таким, как он, вообще «спускаться с неба», я всё больше склонен с ним согласиться. Ну ладно, уже спустились.

Да, я признаю, что тут много идеализма, что я люблю книжки про всяких несгибаемых Штирлицев, и что на самом деле всё, скорее, могло быть так, как в фильме Германа. Но могу себе позволить любить текст и не любить фильм.

Еще я люблю хеппи-энд. В повести его нет. Но если бы был, то книга точно бы превратилась в оптимистичную сказочку о неотвратимой победе прогресса, а это даже для меня уже слишком. Гораздо ближе мне то, что герой возвращается.

Вообще я не собирался писать рецензию на многократно перечитанный уже несколькими поколениями текст. Просто меня всегда волновала тема разведчиков, миротворцев, «своих среди чужих», вот это всё. Ну и сверхчеловеком побывать хотелось, чего уж там. И в этом смысле повесть оказалась «почти идеальна» для меня.

Сам я не потяну ни на Румату, ни на Штрилица. Считайте их моими недостижимыми идеалами. Хотя в шкуру сверхчеловека я как-то довольно нахально влез. И даже удостоился иронично-серьезного вопроса от супруги: «А что, трудно быть богом?» Очень трудно. Особенно, если ты, все-таки, не бог. И хеппи-энда не будет. Но хорошо, когда можно вернуться.